Случайный фильм дня — «Волшебная миля» (Miracle Mile, 1988) Стива Дежарнатта. Со стороны — рядовой жанровый триллер рейтинга 6.9: парень случайно снимает трубку в телефонной будке, узнаёт, что через 70 минут на Лос-Анджелес упадут советские боеголовки, и всю ночь пытается вытащить девушку из города. Но при первом же взгляде на фильмографию режиссёра всплыла странность, которую невозможно развидеть: это его второй полнометражный фильм — и последний. После 1989 года Дежарнатт не снял ни одного кино, только телесериалы. Тридцать семь лет человек с культовым шедевром за плечами просто не приходит в большое кино.
Фильм при этом жив: у него 91% на Rotten Tomatoes, приз за спецэффекты в Ситджесе и слава «одного из самых недооценённых фильмов десятилетия». А история его пути к экрану — восьмилетняя осада Голливуда, выкуп собственного сценария на деньги, заплаченные за отказ от режиссуры, и студийный босс, который сам вырезал хеппи-энд — оказалась вкуснее любого пересказа сюжета.
Сценарий родился из очень конкретного страха. Дежарнатт рос в маленьком лесопильном городке Лонгвью в штате Вашингтон, в 1950-е отрабатывал в школе укрытия «duck and cover» и страдал кошмарами о конце света. «Я был абсолютно уверен, что эта война случится», — вспоминал он тридцать лет спустя. Первый черновик он закончил в конце 1979 года — раньше «Послесловия» и «На следующий день», двух телекартин 1983-го, которыми Голливуд наконец всерьёз добрался до ядерной темы.
Само зерно сюжета — почти городская легенда в миниатюре. Дежарнатт вышел в четыре утра из 24-часового марафона комедий Престона Стёрджеса, стоял на пустой улице Лос-Анджелеса — и его напугал одинокий таксофон, звенящий в никуда. «Одинокие телефонные будки, звонящие на пустых улицах, пугали меня». Отсюда главный нерв фильма: человек снимает трубку, слышит голос солдата, ошибшегося кодом города — из шахты, где через минуты повернут ключ, — и уже никогда не узнаёт наверняка, правда это или розыгрыш. Вся картина построена на этом «а вдруг»: зритель, как и герой, не получает подтверждения почти до самого конца.
Сценарий лёг на стол Warner Brothers в 1980-м. Марк Розенберг, глава производства — бывший радикал из студенческого движения SDS — загорелся. Дальше началась восьмилетняя история, которую в Голливуде успели сделать легендарной: студия хотела «доработать» сценарий с большими именами, смягчить финал, раздуть бюджет. Дежарнатт упёрся.
Пункт, где карьера могла пойти совсем иначе, выглядит как анекдот. В 1983-м Дежарнатта позвали ставить «Странную пивоварню» — комедию про канадских братьев Маккензи с Риком Моранисом. Контракт на режиссуру у него был, но в итоге снимали сами звезды, а студия заплатила Дежарнатту пятьдесят тысяч долларов за то, что он фильм НЕ снимет. Он взял эти деньги — все, до цента, после налогов и агента — и отдал их Warner Brothers, выкупив сценарий «Волшебной мили» обратно. Ровно перед тем, как его купил бы кто-то другой.
Дальше — тишина, в которой голливудская бюрократия работала на него. Через пару лет Розенберг захотел сценарий назад и предложил четыреста тысяч — сумму уровня ставок Роберта Тауна и Уильяма Голдмана. Отказ. Warner в какой-то момент хотела слить материал в альманах «Сумеречной зоны» с одной правкой: пусть Гарри проснётся, окажется, что всё было сном, — и всё начнётся снова. Отказ. Единственная сделка, которую Дежарнатт готов был подписать, звучала издевательски: продать сценарий, если ставить будет Джордж Миллер, свежий после «Воина дороги». Миллера не достали.
В 1983-м журнал American Film внёс сценарий в свой первый список «десяти лучших неснятых сценариев Голливуда» — рядом с Total Recall и «Лестницей Иакова». Это был прообраз будущего Black List, который Франклин Леонард запустит только в 2005-м. Кастинг тем временем гулял по целому десятилетию: Гарри изначально был сорокапятилетним тромбонистом, вернувшимся к бывшей жене — роль на Пола Ньюмана или Джина Хэкмана. Потом была почти собранная версия на два миллиона с молодым Николасом Кейджем, которую убил звонок адвоката Кейджа (того же, что у Копполы): Ник уходит в «Пегги Сью вышла замуж», ваш «маленький фильм» подождёт пару лет. Дозвониться до самого Кейджа не удалось — «он на Каталине, без телефона, такова жизнь».
Спасение пришло от человека с репутацией, от которой спасаться надо было бы. Джон Дейли, глава Hemdale, — продюсер «Терминатора», «Взвода» и «Последнего императора», два года подряд забиравший Оскар за лучший фильм. Он же был печально знаменит тем, что отбирал у режиссёров фильмы и перекраивал их, и тем, что не платил долги: Кэмерону и Стоуну он задолжал миллионы. Дежарнатту задолжал триста-четыреста тысяч — и не вернул до банкротства студии. Но именно Дейли дал под фильм $3,7 млн и, увидев, что постановщик вложил в картину все собственные деньги, сказал фразу, которую Дежарнатт цитирует до сих пор: «Если ты так о нём печёшься — я тебя не трону».
Почти не тронул. В финале картины вертолёт с героями падает в битумные ямы Ла-Бреа, и, пока кабина заполняется асфальтом, Гарри утешает Джули: однажды их окаменелости найдут и поставят в музей, а может, им повезёт превратиться в алмазы. Дежарнатт снял двухсекундный кадр, где белый свет сворачивается в два алмаза и уплывает в небо — микрофинал, намёк на то, что они всё-таки вместе. Дейли посмотрел и вынес приговор, невозможный для голливудского босса: «Слишком оптимистично. Вырежем. Порвём им сердца». Алмазную концовку потом всё же нашли — она лежит в бонусах Blu-ray как памятник тому, как мало понадобилось, чтобы смазать главный удар фильма.
Съёмки — семь недель (в других интервью — шесть), сплошь ночные, весной 1987-го, с обязательным кадром рассвета каждое утро: цифры в источниках гуляют, но все сходятся в одном — это было безумие на грани расписания. Страховая компания сначала объявила план невыполнимым и назначила замену из тени: «опоздаешь на два дня — уволим». Дежарнатт уложился. А после основного периода ещё год доснимал связующие кадры на собственные кредитки — влез на сто пятьдесят тысяч долларов и выплачивал их несколько лет.
Формально до «Волшебной мили» была «Черри-2000» — безумный постапокалиптический экшен про мужчину, нанимающего наёмницу, чтобы вернуть секс-куклу из мёртвой пустыни. Дежарнатт взялся за неё из-за рухнувшей сделки с Кейджем, пришёл на уже ушедший поезд и сам называет результат «прыжком на движущийся состав, за которым я так и не угнался». После «Мили» предложение такого рода больше не поступало. Сборы в прокате — жалкий миллион с небольшим, затопленный «Индианой Джонсом» и «Полем мечты»; при этом по совокупности с зарубежными продажами и VHS фильм принёс десять-двенадцать миллионов — то есть формально окупился, но слава «провала» уже приклеилась.
А дальше сам Дежарнатт объясняет с редкой откровенностью, почему второго фильма не случилось. «Меня убивает не съёмка. Меня убивает поиск денег, все эти встречи, всё, что нужно сделать, чтобы фильм вообще запустился. Это раздавливает душу». Восьмилетняя осада «Волшебной мили» выжгла этот механизм в нём дотла. Телевидение оказалось быстрым и человечным: пятнадцать написанных пилотов (четыре сняты), эпизоды «Секретных материалов» и «Скорой помощи», около пятидесяти сериальных серий. В нулевые он ушёл в прозу — его рассказ «Rubiaux Rising» попал в антологию «Лучшие американские рассказы» 2009 года, — сейчас он профессор кинофакультета Университета Огайо.
Из этой же истории выросли три отказанных блюда киноистории. Дежарнатта звали ставить первый фильм про Пи-Ви — он счёл сценарий слабым, и его снял «какой-то Тимми Бёртон». Он отказался от «Полиция академии». Он ушёл из проекта про Д. Б. Купера, отказавшись встречаться с Генри Уинклером. Судьба вела счёт с иронией до конца: человек, который десять лет отказывался компрометировать своё видение, остался в истории одним фильмом — зато тем, который не смогли испортить.
Культовая репутация обросла легендами, и одна из них рассыпалась прямо в процессе этого разбора. Годами гуляет утверждение, будто «Волшебная миля» — любимый фильм всех времён Леонардо Ди Каприо. Проверка по его собственным перечислениям (списки для Esquire и Golden Globes) её не подтверждает: там Кубрик, Скорсезе, Де Сика, Миядзаки — «Мили» нет. Зато есть честный и даже трогательный обратный случай: после «Зомби по имени Шон» журналисты годами уверенно спрашивали Эдгара Райта, каково это — быть фанатом «Волшебной мили», и Райт признавался, что фильм просто никогда не попадался ему ни в кинотеатре, ни в видеопрокате — в доинтернетную эпоху это означало никогда. Он посмотрел картину лишь на переиздании, спустя двадцать лет после премьеры, и остался под впечатлением.
Финальная рифма истории — за пределами экрана. Энтони Эдвардс и Мэр Уиннингем, сыгравшие влюблённых за одну ночь до конца света, разъехались после съёмок на тридцать лет обычной жизни — каждый со своей семьёй. В 2015-м, готовя издание Blu-ray, Дежарнатт уговорил их записать совместное интервью. После записи они позвонили ему из такси: они вместе, они влюблены, они больше не расстанутся. Режиссёр называет их «своими алмазами» — тем самым образом из вырезанной концовки, который жизнь пересняла за студию. Фильм, который Дейли отказался утешать, утешение всё-таки получил.